Роман Протасевич: уличных протестов в Беларуси уже не будет, теперь цель – обвал экономики санкциями и голодные бунты

Роман Протасевич: уличных протестов в Беларуси уже не будет, теперь цель – обвал экономики санкциями и голодные бунты

Уличных протестов в Беларуси нет и уже не будет. Но координаторы протеста надеются на обвал экономики и голодные бунты. Такие мысли в эфире программы «Марков. Ничего личного» на ОНТ озвучил Роман Протасевич.

Роман Протасевич: «Протестов уже нет и они едва ли будут. Я могу сказать больше. Последние месяцы, когда были все равно попытки призвать к каким-то акциям, к каким-то там уличным протестам, у меня был лично конфликт, в том числе в штабе, с тем же Вечерко, с представителями ByPol об уличной активности. Потому что я открыто говорил, что у нас нет улиц, у нас их нет и не будет. Сейчас – все, и глупо пытаться дальше призвать выходить на улицы, когда объективно уже никто не выйдет. Это просто бессмысленно. “Нужно сосредоточиться на других задачах”, но мог прийти тот же Вечерко и сказать “Рома, ты должен подумать над улицей, потому что ты должен понимать, что не будет улицы – не будет санкций”. Это прямая фраза, которую лично я слышал неоднократно. Почему меня отправили в отпуск? В том числе, потому что я открыто говорил, что объективно мы проиграли. Я хотел даже просто уйти работать даже не в Telegram-каналах, а просто фотографом Тихановской».

Роман подчеркнул, что целью действующих из-за границы оппозиционеров являются обвал экономики Беларуси и, как следствие, голодные бунты.

Роман Протасевич: «Сейчас уличных протестов нет, и их явно не будет. Просто, опять же, почему двигаются те же санкции. Понятно, что это в принципе инструмент политического давления. Но с учетом того, что сейчас не может быть уличных протестов в плане политических свобод или политических движений, санкции необходимы для того, чтобы экономика Беларуси рухнула как можно быстрее. И если рухнет экономика, люди выйдут на улицы. Это будут голодные бунты. И это, по сути, и является одной из целей экономических санкций, которые продолжают вводить».

Протасевич уверен, что лидеры оппозиции, в том числе Тихановская, понимают, что для решения вопроса им нужно заставить людей голодать.
Роман Протасевич высказался о своем отношении к Президенту Беларуси Александру Лукашенко.

Роман Протасевич: «Не буду скрывать, я много критиковал Александра Григорьевича. Естественно, потому что, как мне казалось, были для этого причины. Но я всю жизнь был журналистом. Но когда я стал все больше и больше втягиваться именно не в журналистскую работу, а в политическую, тем больше мне хотелось вообще оттуда бежать. И тем больше я стал понимать, что многие вещи, за которые критиковали Александра Григорьевича, на самом деле это просто попытка давления. И что во многих моментах он поступал, извиняюсь за такое выражение, он поступал как человек со стальными яйцами, несмотря на все давление и так далее. Не буду скрывать, что были моменты, где, я считаю, может быть, некоторые решения были ошибочными».

Отвечая на вопрос, уважает ли он Александра Лукашенко, Протасевич был короток: «Безусловно».
Роман Протасевич рассказал, как администраторы основных деструктивных Telegram-каналов собирались в одном чате и сообща координировали протесты.

Роман Протасевич: «Скажем так, это в принципе был основной чат администраторов крупнейших Telegram-каналов. Именно там, действительно, происходили обсуждения предстоящих акций. Там происходило планирование, работа над повесткой, которая должна была быть на той или иной неделе протестов. Можно сказать, этот чат «Хата», он по-разному назывался, пересоздавался, имел разные названия. Главное, было это ключевое слово «Хата». Там состояли администраторы крупнейших каналов, блогеры и так далее. И именно там происходило действительно, это был такой главный координационный чат уличных протестов и информационной повестки».

Роман назвал конкретные имена людей, входивших в подобные чаты. Роман Протасевич: «Степан Путило, Ян Рудик позже туда стал входить, Тадеуш Гичан, также туда входил Франак Вечерко, который мог прийти туда и написать сразу конкретные тезисы, по которым мы должны были работать. Антон Мотолько, Данил Богданович. Ранее там присутствовали такие персонажи как Шрайбман, Пальчис, Юшкевич, а также Анастасия Роготко, которая имеет отношение к деятельности штаба Светланы Тихановской, Виктория Пальчис, жена Эдуарда Пальчиса. Дмитрий Навоша, в принципе, достаточно известный медийный человек, Евгений Малаховский, который работал в основном с дворовыми чатами и дворовыми инициативами. Там, в основном, и принимались все основные решения о том, где пройдет следующая акция, какую мы должны держать информационную повестку в ближайшее время. Там обсуждались все актуальные события, все происшествия. По сути, один чат выполнял роль главного координационного чата всей информационной войны и уличных протестов».
Роман Протасевич попытался объяснить, какие чувства он испытывал, когда самолет Ryanair приземлился в Минске, и почему ему не пришло в голову уничтожить свой телефон.

Роман Протасевич: «Причины две. Одна из них весьма банальная. Это то, что в тот момент мы оба находились в таком состоянии стресса, что мозги практически не работали. Я имею в виду, было совершенно не до этого. Первостепенной задачей было вообще в принципе успокоиться. Я про это позже просто думал. Наверное, это сравнимо с тем ощущением, когда ты заходишь эшафот. Только в моем случае я приземлялся на него. Потому что я понимал: как только самолет приземлится, я должен буду отвечать за все то, что я совершил, и за весь тот урон, который я нанес стране».

Роман пояснил собственные слова по поводу того, что его в Беларуси ожидает смертная казнь.

Роман Протасевич: «Все проще, потому что Комитет госбезопасности в свое время включил меня в список лиц, причастных к терроризму. А за терроризм вполне может быть высшая мера».

Протасевич сам обозначил, что был уверен, что ему придется отвечать за содеянное. У Романа спросили, за что именно.
Роман Протасевич: «Во-первых, важно понимать, я это открыто признаю, что я был одним из тех людей, которые опубликовали призывы выйти на улицы 9 числа. Как только мне предоставили документы, предъявили обвинения, я сразу признал свою вину по 342 части Уголовного кодекса. Это организация массовых несанкционированных акций. Я сразу в полном объеме признал свою вину по этой части. Дальше я сознавал, что призывы, которые я опубликовал в том числе, они стали следствием того, что на улице начались неконтролируемые беспорядки. Три дня Минск жил в хаосе».
Как данные о силовиках, журналистах, учителях и многих других людях попадали в Telegram-канал «Черная книга Беларуси», и как к информаторам, которые эти данные предоставляли, относятся сами администраторы деструктивных ресурсов? На эти вопросы  ответил Роман Протасевич.

Роман Протасевич: «Я могу сказать только часть вещей, которые я точно знаю. Я не имел непосредственного отношения к этому проекту. Исходя из того, что знаю я, многие данные действительно передавались, в том числе, экс-силовиками. По сути, в каких-то коллективах были те, кого называют емким словом «крысы». Которые просто легко выдавали своих коллег, бывших коллег и так далее».

Протасевич также высказал свое личное отношение к тем селебрити, которые выступили против действующей власти и массово начали говорить об одном и том же, размещать в соцсетях одни и те же посты.
Роман Протасевич: «Лично меня это забавляло. Во-первых, если люди только сейчас решили показать какие-то свои оппозиционные взгляды, то почему только сейчас? Опять же, если у них раньше были такие взгляды, то каким образом это вообще пересекалось с их мировоззрением? “В воздухе переобулся” – наиболее точная характеристика. Как? Даже если ты якобы всю жизнь имел оппозиционные взгляды, не поддерживал власть, как при этом ты спокойно ходил и, условно, работал в Белтелерадиокомпании? Получал деньги от государства, но при первой же возможности решил все бросить? Это смешно».
Роман Протасевич попытался предугадать, как его соратники отнесутся к интервью на государственном телевидении. 

Роман Протасевич: «Тяжело предугадать реакцию, которая будет с их стороны. Я почти уверен, что очень многие начнут меня публично осуждать. Я почти уверен и в том, что какие-то акции поддержки, которые они планировали ранее, сойдут на нет. Я не удивлюсь, если многие назовут меня якобы предателем и так далее. Но я могу сказать честно, что мне абсолютно все равно, что будут говорить они. Я нахожусь здесь и сейчас. Правда, я хочу сделать все для того, чтобы исправить свои ошибки, для того, чтобы попытаться сделать хоть что-то. Я следовал какой-то своей идее, своим убеждениям. И чем больше я старался не сунуть нос не в свое дело, чем больше я старался не думать о том, откуда и какие деньги идут, какие там спецслужбы влияют на то, что происходит. Чем меньше я старался об этом думать, тем хуже все это становилось».

Роман ответил на вопрос, испугаются ли бывшие коллеги его появления на государственном телевидении. 
Роман Протасевич: «Я думаю, да. Думаю, это вызовет немалый фурор».  

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *